<lie>
Настоящий кот — не просто уравновешенный. И не просто неврастеник. Он уравновешенный неврастеник — совсем как настоящий человек.
Собакам была необходима селекция, чтобы пройти путь от злобных наглых зверюг, какими они были когда-то, до слюнявых вонючих бесхарактерных тупых подхалимов, какими они являются сегодня. По мере того как собаки раз за разом превращались в то, что требовалось на тот момент обществу — самоходные землечерпалки или декоративные муфточки, например, — изначальная собачья природа постепенно исчезала.
Да, существуют хорошие, благовоспитанные собаки, которые ведут себя прилично, не лают без конца, словно их заело, не гадят на дорожках, не нюхают под хвостом, не считают, что их все должны любить по определению, а также не скулят, не воруют и не пресмыкаются так, что средневековый профессиональный нищий обзавидовался бы. Мы признаем, что такие собаки бывают.
А еще бывают добрые дорожные полицейские, проститутки с золотым сердцем и юристы, которые не уходят в отпуск, когда у вас в разгаре запутаннейший процесс покупки дома. Все они действительно существуют, просто встречаются крайне редко.
Возьмем собак. Собаки произошли от волков. Это видно невооруженным глазом. Есть собаки вроде немецких овчарок — по сути, те же волки, только в ошейниках, тихо ожидающие своего часа, чтобы заново озвереть. А есть всякие мелкие тявкалки вплоть до совсем крохотных, с шепелявым названием, умещающихся в кружке. Суть в том, что любой может проследить собачью эволюцию от косматых почти-волков до тявкающей мелюзги, выведенной нарочно для того, чтобы прятаться в рукаве у императора.
И всем понятно, что если наша цивилизация исчезнет, если прилетят с альфы Центавра здоровенные лязгающие штуковины и похитят всех людей до единого, то через пару пропущенных кормежек собаки вновь превратятся в волков.
Или, скажем, мы, люди. Если не вдаваться в подробности, то мы — такие все из себя умные, цивилизованные, знающие толк в ипотеке, сковородах с антипригарным покрытием и Верди, — оглядываясь в эволюционном смысле через плечо, видим длинную череду неуверенно ковыляющих предков вплоть до самого первого, с волосатым торсом, исчезающе крошечным лбом и интеллектом любителя телевикторин.
Кошки — совсем другое дело. Есть огромные желтые зверюги, вальяжно зевающие под ярким солнцем саванны или крадущиеся в джунглях, мелькая в зелени яркой шкурой, и есть маленькие комочки меха, умеющие спать на горячих батареях и пролезать через кошачью дверцу. А между ними что? Да ничего. Два центнера, способные в прыжке завалить антилопу, — и пара килограммов довольного урчания, вот и все разновидности кошачьих.
Коты переходят по наследству не только после смерти хозяев. Если предыдущие хозяева настоящего кота живы, они могут снабдить вас списком того, что он любит и что не любит. Разорвите список и выбросьте. Все это только капризы.
Старайтесь избегать принимать котов в наследство, если только к ним не прилагается пятизначная сумма — или надежда ее получить
ОАО «Активное объединение объединенных активов»
Наши друзья веганы, когда им приходилось иметь дело с кошачьими консервами, смотрели на них так, как в городе возле атомной станции смотрят на все, что тикает.
Однако даже самому здоровому коту однажды может понадобиться таблетка. О, как мы понятливо кивали, строя из себя серьезных, заботливых котоводов, пока ветеринар вручал нам пакетики с пилюлями (серенькие по одной в день пять дней, потом десять дней подождать и дать коричневую… или все наоборот?). Ах, как наивны и самоуверенны мы были! Кошачья еда все равно воняет, как налет на дне бассейна, думали мы. Наш настоящий кот и не заметит, если мы подмешаем туда кое-чего.
Будь мы предусмотрительнее, мы бы знали, что по сравнению с настоящим котом и его вкусовыми пупырышками любая распознающая примеси аппаратура — все равно что человек с запущенным насморком. Да кот каждую постороннюю молекулу за милю чует: мы пытались разбавлять корм с подмешанным лекарством кормом из банки, причем делали это снова и снова, как в том французском эксперименте с водой, там уже и лекарства-то никакого не осталось… Но кот знал, что оно там.
Потом наступает вторая стадия: протрезвление. Ладно, говорите вы, в конце концов, с точки зрения геометрии кот — то же самое, что цилиндрический сосуд с отверстием наверху.
Берете в одну руку таблетку, в другую — кота…
Хм…
Берете в одну руку таблетку, в другую — куль из свернутого в несколько слоев кухонного полотенца, из которого торчит голова разъяренного кота. Третьей рукой разжимаете кошачью пасть, втискиваете в нее таблетку, сжимаете челюсти и четвертой рукой щекочете кота под подбородком, чтобы он проглотил таблетку. Наконец раздается тихий звук, означающий, что таблетка отправилась прямиком в кошачий желудок.
Ага, сейчас!
Вовсе не прямиком и вовсе не в желудок. У настоящих котов есть защечные тайники специально для подобных случаев. Настоящий кот после того, как ему дали таблетку, может хорошенько пожрать, а потом преспокойно выплюнуть ее со звуком, который в комиксах обычно обозначают как «пфуй!».
Многие века идея о том, чтобы задавать корм котам, казалась таким же бредом, как квадратура круга. То же самое относилось и к кормлению кур, если уж на то пошло. И коты, и птица прекрасно добывали себе пропитание сами, болтаясь по окрестностям.
И это единственное, чему можно научить кота. Да, именно так — больше вы ничего от него не добьетесь. Вам может показаться, что вы достигли кое-каких успехов, но на самом деле вы просто неверно смотрите на ситуацию. Вам кажется, будто кот послушно является ровно в десять к заднему крыльцу, чтобы получить свой ужин. Кот полагает, что он приучил тюху на длинных ногах каждый вечер открывать банку консервов.
Наказания на настоящих котов не действуют. Потому что настоящие коты не видят связи между наказанием и преступлением. Ну орет этот тюха, ну кидается тапками, ну твердит что-то там нарочито громко по нескольку раз — и что? Тюхи вообще странные, что с них возьмешь.
Короче, у породистых кошек вязки, у настоящих — случки. Вязки лучше оставить профессионалам. С другой стороны, со случками коты прекрасно справляются сами.
Представления котов о гигиене всегда имели много общего с человеческими — в смысле, коты тоже хотят, как лучше, но не очень понимают, как это сделать. Сходимся мы в одном: если нечто хорошо спрятано, то его как бы и нет. То есть главное — не навести чистоту, а показать, что ты очень старался ее навести. Например, загребая когтями линолеум в тщетных попытках зарыть им лоток.
Настоящий кот едет в машине:
а) в ящике;
б) в ступоре.
Дело в том, что большинство настоящих котов привязываются вовсе не к людям, а к обжитым местам и протоптанным дорожкам. У нас, людей, очень популярны переживания по поводу бедных-несчастных мужей или жен, бросивших прекрасную карьеру, чтобы последовать через всю страну за своей половиной. Но никто почему-то не задумывается о том, что коту этих страдальцев понадобились годы, чтобы хорошенько утоптать десятки гнездышек, выбрать наилучшие тропинки и когтеточки и т. п. Люди в кошачьей картине мира — всего лишь удобные приспособления, созданные природой для того, чтобы открывать консервы и холодильники. Да, разумеется, коты привязаны к своим хозяевам. Вы ведь тоже можете привязаться к паре шлепанцев. Но коту гораздо легче привыкнуть к новым тюхам, чем к новым логовам для сна.
Короче говоря, Движение в защиту настоящих котов считает: самое лучшее, чго вы можете сделать для своего кота при переезде, это оставить его на старом месте. Да, он будет горевать. Ровно 0,003 секунды, а потом начнет бесстыдно подлизываться к новым жильцам.
О чем думает садовод? О горошке, петрушке, пастернаке, ревене…
О чем думает садовод-кошатник? О силках, розгах, колючей проволоке, минных полях…
Впрочем, соседи кошатника, если его кот настоящий, а у соседей есть грядки, думают о том же самом.
Если верить в теорию шрёдингеровских котов, то за кошачье будущее можно не беспокоиться. Когда последний человек на Земле рискнет высунуть нос из своего бункера, его встретит кот, терпеливо дожидающийся, когда же откроют холодильник.
Хотя на самом деле теории не имеют значения. Настоящие коты — крупные специалисты по выживанию. Они отточили свое умение выживать до наивысшей степени, превратив его в истинное искусство. Посудите сами: какое еще домашнее животное получает свой кусок мяса насущного не потому, что приносит человеку пользу, не потому, что сторожит дом или красиво поет, а просто потому, что, поев, оно выглядит довольным. И мурлычет. В мурлыканье — ключ к загадке котов.
Что кот делает с завидной регулярностью? Мурлычет. Что заставляет нас мириться со Стлашилой-под-кловаткой, с едко пахнущими лужами, с пронзительными воплями в четыре yтpa? Мурлыканье. Одни создания в ходе эволюции отращивали длинные ноги, другие — большие зубы, третьи — извилины в мозгах. Кошки предпочли сосредоточиться на отработке звука, при помощи которого они сообщают всему миру, что счастливы. По логике вещей, в эволюционном забеге проку от мурлыканья — как от бетонных тапочек. На деле же оно дало кошкам преимущество, какого никто из их соперников никак не мог ожидать, учитывая, как их обскакал хомо сапиенс. Кошки чертовски хорошо научились эволюционировать в мире, созданном природой и перекроенном человеком. «Сделай меня счастливым, и я сделаю счастливым тебя» — вот что означает кошачье «мур-мур». Рекламщикам понадобились века, чтобы дорасти до понимания этою принципа. Зато когда они доросли, то продаваться стало все, даже телепузики.